This page was exported from Последний Завет [ https://slovo.vissarion.ru ]
Export date: Tue Oct 4 9:35:46 2022 / +0000 GMT

Глава 70


Двадцать пятый день ноября. Небесная Обитель. Мгновения личной встречи с Учителем.

2. «Вчера ситуация случилась вроде бы элементарная. Малыш скинул ковшик с кашей на пол. Муж взял газету «Школа Жизни» и сел читать.

3. Я ему говорю: «Почему ты кашу с пола даже не уберёшь?» Он спокойно читает и говорит: «Чтобы проучить тебя». Он мне не раз говорил, что не надо на край ставить, надо следить, чтобы ребёнок не скидывал со стола.

4. Я чувствую: меня как волна захлестнула, и я почти бегом на улицу, села и не могу успокоиться, восстановиться. Потом муж признался, что это эгоизм у него был, попросил прощения …

5. Я к Тебе пришла, потому что всё закончилось тем, что малыш плакал, и я его налупила в конце и накричала на него, чтобы он замолчал. Он всё время просится на руки, плачет …»

6. «Хочешь спросить, можно ли брать на руки или нет?» — спросил Учитель.

7. «Нет, я его беру на руки, но когда я не могу уже его взять на руки …»

8. «То есть нужно ли брать тогда, когда не можешь брать на руки?»

9. «Да».

10. «Тогда отчего не можешь брать на руки? Сил не хватает физических поднять или психических сил не хватает?»

11. «Да, психических сил».

12. «Помощник, конечно, тогда нужен. Конечно, на руки брать, когда ты психологически неуравновешена, очень сложно. Тут надо смотреть, творчески уже исходить, или кого-то попросить помочь, или мужу остаться, если уж больше некому помочь. Если кто-то из женщин не может помочь, тогда мужу надо остаться, немножко побыть с ним».

13. «Учитель, почему я не могу?»

14. «Ты слишком высоко себя возносишь, вот тут в чём сложность.

15. То есть ты должна быть очень унижаема. Для того, чтобы тебя спасти, тебя надо сейчас серьёзно унижать. И тебе надо с этим согласиться. Не спрашивать, умело или неумело ближний делает.

16. Конечно, когда он специально так говорит, это неправильно. Но он неосознанно должен будет это сделать. Не он, так другой неосознанно должен будет сделать. То есть он тебя должен будет унижать, пока ты не согласишься, что ты слуга своего мужа, ты раба его. Сама себе дай такой урок. Это урок.

17. Есть рабство принуждённое, когда человека заставляют, ломают его. Там есть частичная, конечно, помощь этому человеку, но так как он противится этому, то у него идут очень сильный психологический слом и отклонения в сознании неверные.

18. А ты сознательно приди к этому, с желанием. Стань рабой мужа. То есть ты готова служить ему, исполнить всё, что он пожелает, и счесть за большую радость сделать то, что он пожелает. Но Я не имею в виду желания противозаконные, то есть мы такие вещи исключаем, крайности эти ни к чему.

19. Мы говорим о семье, где в данном случае муж — тот, кто стремится к вере, значит, он уже не допустит какой-то крайне дикой ситуации, он просто её не сможет допустить. Отклонение в творчестве может быть, он может ошибиться в чём-то, неверно оценить, но крайне дикую ситуацию он никогда не создаст, потому что у него закон Истины есть, он не будет разрушителем.

20. Но сложности по неумению он должен будет создать. То есть он же не знает многого, многого не умеет, и ты должна разрешить ему ошибиться. А не иначе, потому что это будет запрет ему ошибаться и тогда соответствующая оценка пойдёт, негативная реакция на его действия. Нужно разрешить ему ошибиться и с готовностью принять то, что он скажет, то, что он пожелает выразить.

21. Ты посмотришь, конечно, можешь ли ты на его желание ответить или нет, в силах ли. Но ко всему, что он выразит, именно выразит, — либо в качестве желания, либо ещё в качестве чего-либо, — с готовностью, положительно отнесись.

22. То есть выразил так — хорошо. Он сказал: «Я хочу проучить», — хорошо. Ты соглашаешься, потому что понимаешь: тебя надо проучивать.

23. Ты только входи туда всем своим существом. Ты нуждаешься в поучении, ты, естественно, готова это поучение услышать. Пускай так будет. Ты должна помнить одно прежде — Божие.

24. Когда Я говорил однажды, что женщина старается за мужем идти, а муж больше времени посвящает стремлению идти за Богом, то, конечно, я не имел в виду, что женщина полностью должна сконцентрироваться на муже, как на Боге. Тогда она его идеализировать начнёт, она его начнёт возвышать.

25. Это для него опасно и для неё тоже, потому что в нём есть искра Божия так же, как и в женщине. В нём большая масса человеческого, земного, так же как и в женщине.

26. И вот здесь надо уметь различать Божие от земного. Ты должна Божие прежде оценить, а не земное. А Божие учит тебя видеть больше истинное, то, что призвано тебе позволить расцвесть, а не то, что будет тебя убивать.

27. И привязанности различного рода, как правило, человеку приносят большие неприятности, через которые он ломается постоянно. И вот такие грубости, порой изошедшие от ближнего, часто будут рвать эту привязанность. Ты можешь не знать её, а можешь и не задумываться об этом, они многочисленны и очень сложны, их нет нужды даже определять.

28. Ты должна помнить только одно: если кто-то принёс боль психологическую — это значит начинает рваться одна из нитей, то есть сама боль означает разрыв, у тебя что-то рвётся. Но рвётся не живое, а рвётся привязь к мёртвому.

29. Пускай рвётся, научись к этому относиться благосклонно. То есть ты действия ближнего воспринимаешь как необходимое, которое должно спасти тебя. Поэтому эта грубость должна спасти тебя — вот Божие.

30. Не почему он делает, человек этот, так. Он не ведает многого, вот поэтому он и делает. Но там Божие есть, Божий промысел, предопределение необходимое.

31. Где не обязательно даже в буквальном смысле сводить к тому, что Любовь Отца очень хочет, чтобы тебе было больно. У Отца нет таких желаний, Ему они не присущи, это мы несколько образно на эту тему говорим.

32. Но ответные твои действия вызывают силы Природы. Действия мужа вызывают соответственно силы Природы на него. Как любой другой человек реагирует на окружающий мир, так силы Природы начинают отзываться на его усилия.

33. Просто Отец видел, что эти условия у тебя вполне возможны, и только поэтому тебе дано право было воплотиться в это тело, быть в этой семье, чтобы испытать вот эти условия. Потому что было видно: если ты сможешь правильно к этому отнестись, ты выберешь из себя очень значительно слабость, уберёшь её из себя …»

34. «Правильно отнестись к тому, что муж мне боль приносит?»

35. «К самой боли, не к тому, что муж приносит боль. Вот здесь раздели, потому что, когда ты видишь: муж приносит боль, ты привязываешься к мужу, к человеческому, и путаешься в нём, потому что ты пытаешься оценить то, чего не можешь оценить.

36. А ты отринь в этом случае мужа. Он сделал больно, но ты посмотри не на него, не на то, что он сделал. Возникла боль. Оцени это: начала рваться привязь. Согласись с этим, разреши привязи рваться дальше. Пускай рвётся. Представь, что это верёвка какая-то и она вросла в тело, и вот она начинает отрываться.

37. Ты почувствовала эту боль, не отдёрнись, хотя первое время ты хотела, может быть, отдёрнуться. Не отдёрнись, присмотрись к этой верёвочке, сплетённой из многочисленных ниточек. И вот одна из ниточек начала рваться. Ну, пускай рвётся, позволь теперь рваться дальше этим ниточкам. Пока больно, помни: рвётся привязь. К этому надо отнестись благосклонно.

38. В этом вся и сложность Пути истинного, что человек на этот период приобрёл огромное количество привязанностей, он почти весь из привязанностей состоит, где есть и правильные привязанности, которые можно оставить, к которым можно отнестись благосклонно, они встанут на своё место, когда дух человека будет в норме; но есть огромное подавляющее число помимо этого ложных привязанностей, вот они создают проблему».

39. «А какие, например, у меня?»

40. «Нет смысла сейчас концентрировать на этом внимание, какие именно. Когда в это пытаешься войти, ты только усложняешь своё восприятие реальности, оно вовсе ни к чему.

41. Эту привязанность определит боль. И даже не важно будет задумываться, к чему же ты в этом случае привязана. Смотри на ситуацию, которая вызывает боль, и постарайся отнестись с благодарностью, принимая то, что приносит тебе боль».

42. «Получается, я не могла и на Тебе даже сосредоточиться из-за того, что эту боль не могла принять, да?»

43. «Да. Боль выбивает человека, и если у него не крепка связь со Мной, ему сложнее на Мне будет сосредоточиться. То есть это очень серьёзная работа, чтобы со Мной связаться достаточно сильно. Это надо стараться побеждать во многом.

44. Потому что если вот эти корни внутри существуют, то дальше, в зависимости от качества духа человека, от его силы воли, опыта, который накапливает он, то есть целый комплекс, его характеризующий, разных чувствительных особенностей, физиологических, — в зависимости от всего этого богатства внутреннего мира человека он по-разному, бывает, реагирует на боль.

45. Бывает боль ошеломляющая, голову мутит, ничего не помнишь, кроме боли. А может та же самая боль у другого человека не быть ошеломляющей. Можно подумать, что тебе больнее, — нет, ему больно точно так же, только его внутреннее состояние позволяет быть выше этой боли.

46. Вот такие внутренние качества разделяют людей на множество разных различий, где одна и та же боль по-разному проявляется в человеке. Он по-разному на это реагирует.

47. И конечно же, с течением времени, когда ты всё больше цепляешься за силу Истины, пытаешься с ней сливаться, пытаешься расцветать, идти, разгребать то, что тебе мешает, в ногах путается, тем больше растёт твой дух, тем больше ты становишься способной преодолевать эту боль. Но пока она может мутить. Этого не надо пугаться.

48. Главное, чтобы ты старалась в любое мгновение опереться на Истину, старалась, не теряла этого внимания.

49. Пробуй заранее отмечать ситуации, которые могут вызвать у тебя боль, они всё равно могут быть тебе знакомы обязательно. Ты уже знаешь: какая-то неполадка, которая связана с тобой, когда кто-то выдвигает претензию в отношении твоих действий, — это то, что провоцирует и обязательно ведёт к срыву, к недовольству.

50. Сразу зацепись за Истину в этот момент, вспомни эту встречу нашу, ту ли минуту, пока мы беседуем, или какую-то другую, как тебе удобнее. Не теряй потом этого образа и старайся дальше реагировать правильно. Но старайся не терять, то есть одновременно ты видишь Меня и видишь ситуацию, и в доверии таком старайся решать дальше ситуацию.

51. Потому что выпустишь образ — захлестнёт боль, тогда она начнёт уже раскручиваться, она может захлестнуть, то есть с какого-то уровня ты уже перестанешь быть способной сосредоточиться на Мне.

52. Есть какой-то уровень, в зависимости опять же от твоих качеств: у кого-то быстро наступает этот уровень, человек слепнет и уже ничего, кроме боли собственной, не видит, у другого чуть позже — он дотянет до какой-то пиковой ситуации, потом у него выключается сознание, он забывает про Меня и начинает опять же думать только о своей боли. То есть тут надо постараться не потерять Образ.

53. Я тебе могу сейчас нарисовать интересную картину. Вот представь сейчас путь, где человек к этому времени накопил огромное множество разных привязанностей, огромное число — Я уже говорил перед этим тебе. Так вот, смотри: Путь Истины — это, прежде всего, Путь, который должен вас спасти от самих себя, по сути от этих привязанностей, которые как второе «я» у человека уже развились, и поэтому как будто бы вас от самих себя спасти надо.

54. Но эти привязанности как огонь горят, больно как от огня: как ожог, когда проявляются они; их надо отрывать. И получается, Путь Истины — на этот период сейчас это Путь с немалой болью, и её неизбежно надо будет пройти, то есть как будто бы пройти через огонь сейчас надо. И будет очень больно.

55. Это очень сложный Путь, нельзя пройти только на эйфории, пройти по этому Пути только на выкриках: «Ой, мы ждали, мы любим, мы веруем!» Мало. Всё будет зависеть от того, как внутри по-настоящему человек верует. Не как он кричит об этом, не как он внешне эмоционально выражает, а как на самом деле он внутри верует.

56. То есть теперь это то, что Я и говорил: будут врата поставлены перед вами, и пройти не сможет тот, кто попытается с собой протащить какую-то слабость. Даже если мельчайшую слабость попытается протащить, он застрянет в этих вратах, он пройти не сможет.

57. Здесь ты только сама себя можешь обмануть. И человек, который подойдёт к этим вратам, только сам себя может обманывать, говорить, что всё же у него нормально, почему же он пройти не может. Он начнёт врата ругать: может быть, они не так построены, что он пройти не может.

58. А ему надо внутрь присмотреться: значит, ещё какая-то пылинка недостойного сохранилась на поверхности его тела, а она-то как раз будет мешать, даже пылинка от мира старого, умирающего.

59. Так вот, этот Путь непростой, почему Я говорю, что пройти его может только верующий человек, по-настоящему верующий.

60. И вот представь, что тот или иной отрезок Пути сейчас, когда мы начинаем поворачивать и Я начинаю показывать истинную дорогу, для каждого из вас будет разный, на разном участке он будет по-разному проявляться. Он будет выглядеть в виде какого-то отрезка огненного пути. То есть как будто бы тропа, по которой ты идёшь, впереди начинает гореть.

61. Ты видишь это пламя. Можно даже сказать точнее: ты заранее его не можешь видеть, но в какой-то момент ты чувствуешь, что ты вступила в пламя, и понимаешь, что оно тянется неизвестное количество шагов.

62. А ты сделала полшага и обожглась сразу, ты чувствуешь, что загорелось всё. Больно стало.

63. Естественная реакция у человека в этом случае, когда он понимает, что вперёд непонятно сколько идти, там может быть много этого огня, а он видит, что дорога идёт вперёд и там всё горит, — в сторону в этом случае человек не кидается никогда, потому что для него это неизвестность, он тоже пугается, что там в стороне.

64. Единственная дорога, по которой он в этот момент инстинктивно хочет пойти, — это та известная дорога, которая до этого у него была, то есть шаг назад. Если он полшага сделал вперёд, он понимает внутри себя, что, если сделает полшага назад, боль исчезнет.

65. Вот тут-то он не должен сделать этого полшага назад. Он должен видеть Истину, идущую впереди, и пойти за Ней, полностью Ей доверившись, и ценность этой Истины поставить выше над собой. Жизнь свою отвергнув во имя исполнения этой Истины, поставить Истину выше себя!

66. Если боль твоя стоит выше Истины, не пройдёшь по этому пути. Вот эти слова: «Отвергните себя», — то, что звучало однажды, в Писании осталось. То есть тот, кто хочет идти за Мной, — отвергни себя и возьми крест свой, тогда ступай за Мной.

67. Вот этот момент очень важный, чтоб Божие у тебя стало выше, тогда ты преодолеешь любой огонь. И только тогда, когда ты, веруя, видишь Истину и начинаешь, доверяясь полностью, идти вперёд, ты пройдёшь эту боль.

68. Эта боль нарушений в тебе не сделает. Если боль поставить выше Истины, ты настолько начнёшь концентрироваться на этой боли внутренней, то в этот момент, если ты попытаешься идти дальше, у тебя просто заболевания начнутся.

69. Тут либо идти дальше и заболеть, но это одинаково — упасть, либо опять назад отступить, точно так же остаться в прошлом. Но пройти будет очень сложно.

70. Божие должно превысить человеческое. Это важная сейчас Истина, а все начали говорить о своей боли, и многие дёрнулись. Но смысл не в этой боли, а в умении человека в этот момент Божие поставить выше своей боли. Вот на этом попробуй сконцентрироваться.

71. Больно стало — Божие утверди в голове своей и попытайся сердцем к этому подтянуться.

72. Потому что прежде голова у человека что-то может выхватить из окружающей мудрости, которая рассыпана вокруг. Теоретически он, бывает, успеет что-то осмыслить, а сердце ещё отстаёт его, то есть его внутренний мир отстаёт. В глубине сердца Божие есть, но внутренний мир (он же цельно формируется у человека — земное и Божие) отстаёт.

73. И вот тут надо устремить истинное в тебе к тому, что голова сумела уже оценить как правильное. Подтянись к этой планочке, по крайней мере пробуй подтягиваться, все силы этому отдавая. И ты достанешь до неё, хотя вначале может казаться, что слишком высоко эта мерка. Эта особенность чудесная именно у человека есть.

74. Это может быть только физически, если очень высоко планка какая-то, он не достанет, потому что он ограничен ростом своим, и тут — тянись не тянись — он не достанет. Но это не то, о чём Я сейчас говорю.

75. Это внутри может показаться, что недосягаемо, но надо тянуться до последнего, отдавая силы, и тогда достанешь обязательно. Не достать нельзя в этом случае.

76. Так что сейчас нужно будет серьёзное старание приложить и это всегда помнить, вот тогда ты победишь. Но если не Божие будешь видеть, ты постоянно будешь ломаться на человеческом, а обилие человеческого рассыпано кругом, в руках каждого ближнего. И он будет этого человеческого рассыпать очень много.

77. Если только ты будешь внимание обращать на человеческое — запутаешься, споткнёшься, засыплет тебя этим человеческим и не выкарабкаешься оттуда. Всегда Божие! Звезда над головой должна гореть и смотреть туда надо, тогда всё получится. Вот это усилие надо понять.

78. А ближним разрешить надо делать всё, что они сочтут нужным, допуская, что они будут делать ошибки. Но ты разреши им делать ошибки, потому что обычно противится человек и мучается оттого, что он не разрешает им это делать. Он прочитал Истину, как правильно, и начинает им не разрешать делать так, как они делают, потому что видит, что они неправильно делают, не соответствует это Истине, начинает требовать с них.

79. То есть всё будет сводиться к простому, когда человек, с другого требуя, сводит своё требование к простому вопросу: «Ну почему же ты несовершенный?» Потому что если допускать, что ты понимаешь, что он несовершенный, значит, ты допускаешь и количество тех или иных ошибок.

80. А если против ошибок возмущаешься, ты же не выбираешь, какую ошибку допускаешь, какую не допускаешь. Ты в этом случае, как правило, возмущаешься против всех ошибок, которые ты видишь. И получается, ты хочешь, чтобы он вообще не делал никакие ошибки на самом деле. То есть ты невольно предъявляешь ему мерку некоего существа такого совершенного.

81. Но это невозможно, с таким требованием, конечно же, ты будешь только плакать, потому что каждый раз будешь видеть какие-то ошибки.

82. И вся сложность в том, что вы все читаете Писание, вы изучаете его; худо ли, бедно ли, как вы читаете, но всё-таки читаете, прикасаетесь, слышите и знаете, как правильно. То есть во многом вы уже знаете, как правильно.

83. Если бы этого не знали, требований было бы, наверное, поменьше немножко. А теперь вы много знаете, как правильно, и, естественно, ярче начинаете видеть недостатки ближних.

84. Это получается такой серьёзный соблазн — больше с них требовать, но это урок, важный урок. Это соблазн, но это ступень, через которую надо научиться правильно принимать ближних. Именно принимать такими, какие они есть.

85. Ибо, принимая ближних, ты разрешаешь им делать то, что они делают. Ты не способствуешь делать ошибки, но разрешаешь: сделал так — ну что ж, по-другому он никак не мог сделать, пускай сделает.

86. Ну а дальше главное — на боль. Боль отдельно посмотри, не связывай её с человеком, о чём вначале Я тебе говорил. То есть не муж сделал боль, не этот ты видишь образ, а саму боль — сразу раз и отдели от человека, потому что, когда ты связываешь её с человеком, ты невольно видишь в нём источник боли. А ты отдели боль от человека: не он источник. И вообще неважно, какой источник.

87. Ты сразу вспомни, когда Я однажды говорил: какая разница, какая ступенька, в какой цвет она выкрашена — в чёрный или в белый, неважно. Если она ступенька, значит, благодаря ей можно подняться и стать выше. Это очередная ступенька, её надо уметь правильно постичь. Неважно, кем она подсунута.

88. Если ты нерадиво к ней отнесёшься, ты об неё стукнешься, сломаешь ногу, упадёшь, будешь ругаться, скажешь: «Кто сюда засунул эту ступень? Зачем она мне здесь нужна?»

89. Если быть нерадивым, если притворяться быть слепым, то можно разбить обо что угодно голову. И в простом, нормальном доме, который ты любишь, об любой угол можно разбить голову.

90. Надо просто посмотреть под ноги, надо правильно оценить то, что рядом происходит. И тогда ты вовремя всегда оценишь, что это ступенька и в качестве чего она подсунута, лохматый её подсунул или не лохматый. Какая разница?

91. Преодолей её, воспользуйся, чтобы опереться на неё ногами и стать выше. Это же возможно — стать выше. Значит, надо, правильно оценив её, преодолеть.

92. Так вот и здесь: неважно, какой источник, главное — отдели его от мужа. И любого другого человека, который может сделать больно, — сразу отдели эту боль от этого человека, чтобы не видеть в нём источника, потому что на самом деле не он источник.

93. И вот эту боль рассматривай для себя отдельно. Боль как сигнал, который показывает тебе, что что-то не в порядке, вот оно начало рваться. И ты тут же должна отнестись к этому благосклонно. Может быть, стиснув зубы, потому что больно, но отнестись благосклонно, согласиться, что это должно быть, это надо потерпеть, но обязательно с улыбкой попробуй отнестись, хотя, может быть, это очень трудно будет.

94. Но хотя бы внутри к этому подтянись, попробуй благосклонно отнестись, даже если гримаса лица будет искажена тем, что ты пробуешь потерпеть эту боль. Ничего, внутри согласись с этим хотя бы и старайся, и тогда перегорит лишнее.

95. Это только кажется, что впереди непонятно сколько ещё шагов огня и, может быть, вообще слишком долго, потому что страх будет создавать мысль, что там вообще, может быть, бесконечно этот огонь горит.

96. Нет, он определённый отрезок только пути горит, благоприятный именно для того, что в данный момент в тебе задето. Потом он кончается …»

97. «Я уже разуверилась, какое-то отчаяние …»

98. «Да, отчаяние, один из важных признаков эгоизма».

99. «Как бы стараешься побеждать, а опять всё так сильно всколыхивается …»

100. «То, что пока ещё не переработалось внутри, всколыхиваться должно. Пускай оно всколыхивается. Ты не жди, что за какой-то раз сразу всё перегорело. Ведь мы говорим о мире эгоизма, который внутри тебя состоит из многочисленных разных звёнышек, связанных между собой. Настолько всё переплетено, что порой мы задеваем маленький отросточек, а порой задеваем узел отростков, целый узел сплетённый.

101. И если мы какой-то очень маленький отросток задеваем, он может быстро оторваться. Если мы задеваем узел, надо будет много разных обстоятельств, которые вырвут постепенно каждый из отростков, сплетающихся в этом узле, тогда этот узел оторвётся. Но требуется много раз, в зависимости от того, сколько там отростков переплелось между собой, то есть сразу порой не удастся.

102. Ты наткнёшься на какое-то одно обстоятельство, это может быть просто один отросток в этом узле, и ты рванула, и очень больно. А там ещё должен быть десяток таких, так они через разные другие обстоятельства будут у тебя проявляться, и ты начнёшь их рвать. Вот это надо будет усилие сделать».

103. «Учитель, может быть, с первым ребёнком материнские чувства не вскрываются так сильно, или это у меня от эгоизма так?»

104. «Материнство и отцовство открываются по мере того, как освобождаться будет человек от эгоизма (истинное — даже можем такое слово добавить, — истинное материнство, истинное отцовство). Поэтому, если сейчас что-то не пробудилось, надо просто справиться со всем тем, что внутри есть».

105. «Когда ребёнок плачет, а я не могу понять причину, от плача у меня уже начинает голова не соображать …»

106. «Требование. Ты к этому головой не пытайся подходить. Подумай о Боге. Тебе важно в этот момент создать благостную, лёгкую атмосферу рядом с ним.

107. Отрешись от его плача в этот момент — не полностью, когда ты перестаёшь вообще видеть ребёнка, а не сосредотачивайся на самом плаче. Когда ты внутренне сосредотачиваешься, пытаешься понять, это будет создавать тебе большую проблему, будет очень сложно.

108. Разреши ему поплакать также и создай хорошую, лёгкую атмосферу, думай о Боге, напевай псалмы в этот момент, качай его. Такую лёгкую, добрую атмосферу создавай. Он немножко поплачет, успокоится».

109. «А я думаю, что если он плачет, то есть какая-то причина, и мне нужно найти её, устранить …»

110. «Нет, ты так будешь осложнять только лишь свой мир. Головой не надо сюда подходить так плотно. У многих это будет одна из серьёзных причин падения. Ты осложняешь просто своё состояние, упрости его. Попробуй сделать, как сейчас Я сказал.

111. Сохраняя благостное состояние, бери его на руки, напевая псалмы, песенки добрые. Он плачет, а ты не на самом плаче концентрируешься. Ты слышишь этот плач, но в этот момент думай о красивом, хорошем, и твоё поле будет благоприятно на него действовать.

112. Но ни в коем случае так не надо рассматривать, что если он заплакал, то в тебе какое-то качество, которое тебе надо убрать, надо обязательно тут же вычислить».

113. «Учитель, ребёнок просыпается, начинает плакать, хочет кушать. Я понимаю, что мне надо раньше вставать, чтобы приготовить кушать, а мне очень сложно почему-то вставать рано».

114. «Не обращай внимание, что тебе трудно это сделать. Обращай внимание на то, что тебе надо сделать. То есть сама ситуация опять же отучает тебя делать что-то привычное.

115. Поэтому слово «трудно» — это тебе, значит, приходится делать что-то непривычное. Ну, так прекрасно, значит, не привязывайся к тому, что привычно. Потому что, если в этот момент реакция пойдёт сложная, это означает, что ты уже привязалась к тому, что тебе привычно.

116. Надо рвать привязанность эту, значит. Значит, учись соглашаться с непривычным. Разрешай этому непривычному проявляться, и почаще, если это нужно. А ты будешь стараться это сделать.

117. Чувство ответственности здесь важную роль играет. Когда внутри есть большое желание, заинтересованность тем более, то тогда это чувство ответственности за дело, за интерес свой заставляет легко сделать то, что тебе не присуще.

118. К примеру, можно взять такой образ, когда на рыбалку папа хочет поехать, а мальчик ещё маленький, но способный тоже поехать вместе с ним. И хоть он никогда до этого не просыпался слишком рано, но если папа говорит: «Надо рано-рано, ещё до рассвета встать», — так мальчишка может раньше папы встать.

119. Он, думая, уже беспокоясь, как бы не проспать, весь свой организм включает на эту ситуацию. И как только время подходит, он может, как будильник, проснуться вовремя. И если он в такой заинтересованности находится, он всегда будет просыпаться вовремя, как будто у него и не было другой привычки. Тут нужна внутренняя вот эта заинтересованность.

120. А если больше внимания на привычное, то оно, как якорь, начинает тянуть к привычному, и тогда очень сложно это преодолевать. Лучше концентрироваться на заинтересованности.

121. Его надо кормить — ты заинтересована покормить, у тебя уже есть творческая идея, что утром ты должна ему спеть какую-то песню, очень важную, утреннюю, «Восход солнца»; и во время кормления ты это ему вложишь. То есть у тебя должна быть такая заинтересованная идея, и ты уже как бы её внутри лелеешь, ждёшь её. А когда ждёшь, уже легче к этому подходить».

122. «Я прочитала, что «близнецам» меньше восьми-десяти часов нельзя спать, что они не высыпаются, и я, наверное, за это зацепилась, что ли …»

123. «У тебя сейчас состояние, где надо себя сконцентрировать на этом усилии, потому что это требует сама ситуация. А потом ты можешь опять расслабиться, войти в норму. У тебя просто период сейчас максимального напряжения.

124. То есть это нормально, это предусмотрено Природой, это надо в себе воспитать, тогда в тебе начинают проявляться способности материнские. Не просто духовные, но и физиологические. Вообще это, конечно, важно».

125. «Бывает, ребёнок подолгу плачет, и я потом чувствую, что просто валюсь, у меня никаких сил даже нет … А что-то надо ещё ему делать, пелёнку заменить …»

126. «Верно, верно. У тебя слишком большое внимание на боль, переживаешь …»

127. «Неправильное отношение?»

128. «Да, неправильное отношение. Боль допустима, если болеет, бывает, зубики режутся, и сразу никак не уберёшь боль.

129. Надо уметь от этой боли немножко отрешиться, и, напевая, ходи, прижимая его, играя … Но ты как бы отдели себя от этой боли, голову свою, внимание отдели, потому что это повышенное внимание будет беспокойство генерировать в тебе. А если нервная система недостаточно крепка, дух недостаточно крепок, конечно, это будет выводить из равновесия, будет сложно.

130. Я такие ситуации просматривал сейчас с ребятишками в своём доме: бывает, Любе, если устанет, хочется порезче покачать, то есть как будто бы, если резко начнёшь трясти, он тут же сразу успокоится.

131. Это уже начинается усталость. Потому что если начинаешь концентрироваться, то это тут же начинает беспокойство приносить, усталость. А когда немножко отключаешься, тогда, если он плачет, можно хоть всю ночь носить, не ощущая этой усталости.

132. Голову надо отключить, и тогда легко, ты напеваешь, думаешь о другом, о чём-то светлом. Ты слышишь плач, конечно же, но так как внимания на него нет, то внутри усталости нет от этого».

133. «В том году шли собрания, когда гордыню все выносили, и я, естественно, пыталась вынести всё. И после некоторых собраний боль такая! Сейчас её нет, и даже не помню от каких людей, но какие-то моменты так во мне запали …

134. Я понимаю, когда ребёнка налупила, что это срыв, что надо покаяться перед ближними, у меня такое как бы есть внутри, но я чувствую, что у некоторых людей (может быть, это моё додумывание) именно после моих откровений, когда я всё это выносила, изменилось как бы ко мне отношение, и до сих пор, вот уже год прошёл, а оно не меняется …»

135. «Этого ты не должна бояться. Ты должна разрешить им относиться к тебе так, как они относятся, потому что это тоже связано с эгоизмом. К этому тоже тебе надо отнестись благосклонно, ты должна принять их такой взгляд. То есть эта ситуация связана с постижением обязательно вот этой поляночки смирения, о которой мы говорили.

136. Но подход к этой поляночке охраняется собаками, очень такими кусачими. Одна из собак — это страх, а другая собачка — это отчаяние. Их надо не испугаться, ведь, только боясь их, человек опять пробует себя утвердить.

137. То есть его ситуация подводит к познанию этой ступеньки смирения, но, увидев этих собак, которые внутри начинают рычать и лаять, он начинает отпрянывать назад и сам себе доказывать: может быть, туда не стоит идти? А в обратную сторону идти — это значит опять пробовать себя утвердить.

138. На пути самоутверждения тебе всегда будет трудно воспринимать вот такое негативное к себе отношение. Потому что ты в какой-то мере красуешься, ты в какой-то мере хочешь выглядеть хорошей, чтобы тебя уважали, ценили; пусть хоть чуть-чуть, но обязательно ценили, уважали и относились хорошо. Самоутверждение этого требует. И на этом, конечно, ты будешь ломаться.

139. Именно поэтому, пытаясь сохранить к себе ложное хорошее отношение ближних, человек скрывает все эти недостатки, он боится о них говорить, он хочет, чтобы так и думали люди хорошо о нём.

140. Но это ложное хорошее отношение получается, оно построено на иллюзиях, на представлении у этих людей о тебе. Они хорошо относятся к своему собственному представлению о тебе, получается, но не к тебе.

141. Они должны к тебе хорошо относиться, ты же этого хочешь. Они должны тебя принять такой, какая ты есть, ты же где-то в глубине будешь этого хотеть: чтобы тебя приняли такой, какая ты есть. Это то, что и ты должна будешь сделать по отношению к ним.

142. Для того, чтобы тебе правильно двинуться по пути, надо всё-таки не пойти в обратную сторону от того места, где лают эти собаки. Не испугаться их, а положительно отнестись к тому, что должна принести тебе эта ступенька, эта полянка смирения, и туда шагнуть благосклонно, разрешив себе быть самой неумелой, самой ещё не понимающей ничего, положительно к этому отнестись …»

143. «Я внутри понимаю, а внешне, что ли, принять это не могу …»

144. «Надо внутри к этому положительно отнестись. Ты можешь промоделировать ситуацию, с этим связанную. Если ты принимаешь, что ты пока ничего не умеешь, — ну, конечно, ближние сразу это увидят и будут понимать, что ты ничего не умеешь; они будут как-то над тобой возноситься, потому что они ещё пока не умеют тоже многое понять, но ты разрешаешь им возноситься над тобой.

145. Они могут горделиво как-то что-то в отношении тебя сделать, понимая по-своему, что ты ничего не умеешь. Но ты же понимаешь, что ты действительно ничего не умеешь, ну пускай они так отнесутся; ты ничего не умеешь, но ты будешь учиться.

146. Ты пришла на Землю не для того, чтобы признать своё недостойное, что у тебя в обилии есть, с этим согласиться и с этим остаться. Ты пришла от этого оттолкнуться.

147. Это важный момент очень: положительно признать в себе всю неумелость, чтобы потом от этого оттолкнуться и по чуть-чуть, по чуть-чуть начинать учиться, начинать делать достойные шаги.

148. Но этого бояться внутри, конечно же, нельзя, потому что те, кто начнёт бояться этого, в конечном итоге могут пойти к отчаянию, потому что их ситуация всё время будет подводить к этому, а они боятся, и тогда возникает отчаяние …»

149. «Учитель, значит, людям, которые мне когда-то эту боль принесли или, как Ты говоришь, как-то возносятся, мне нужно всё рассказывать?..»

150. «Это будет очень серьёзный шаг, если ты им будешь рассказывать. Это будет очень важно, где сама себя ты будешь проверять, важно ли тебе, ценят тебя или нет эти люди по-прежнему, или ты теперь уже перестала обращать внимание, как они к тебе относятся. Ты видишь в них тех, кто поможет тебе. Вот тут посмотри внимательно, это глубинная сторона истины этого обстоятельства.

151. Ты видишь не людей, которые горят желанием помочь, не это ты должна отметить, горят они желанием или не горят, а поглубже глянь: те люди, кто рядом, — это те, кто призван тебе помочь, независимо, понимают они это или не понимают.

152. Ведь вы собраны Волею Вышней. Значит, это те рядом, кто поможет тебе спастись, пусть они даже этого и не подозревают, пусть они этой ответственности даже не понимают, что с ними будет происходить, почему они будут вести себя так, в отношении тебя особенно. Они будут спасать тебя.

153. И вот таким образом всё и было сплетено, чтобы вы друг другу помогли спастись. И твоё поведение будет спасать ближнего, он тоже должен будет эту же самую истину научиться видеть. Но это уже другая сторона.

154. Главное, что ты должна воспринимать ближних как тех, кто, по сути своей, должен будет тебя спасти. Ну а как в этом случае тогда отнестись к спасательному материалу такому? Конечно же, благосклонно ты можешь отнестись.

155. Если есть то, что может спасти, значит, ты уже не погибнешь, рука помощи уже к тебе протянута, просто она даёт тебе то сейчас, что обязательно нужно увидеть, правильно оценить и правильно этим воспользоваться.

156. Ибо каждое явление нуждается в умелом использовании.

157. Есть разные стихии, есть огонь, есть вода, есть дерево, но это всё надо уметь правильно использовать в нужное время, тогда ты можешь какое-то благо для себя извлечь. А если неумело, то что ж воду в огонь поливать и ждать, когда огонь разгорится … Конечно, тут не согреешься от этого, и огня-то там не будет …

158. Поэтому к каждому явлению надо просто внимательно присмотреться и правильно им воспользоваться. И вот в данном случае это явление — тебя неправильно понимают эти люди, после твоих откровений они начинают тебя осуждать. Теперь правильно это пойми и попробуй этим правильно воспользоваться, вот тогда шаги к спасению ты реально делаешь, независимо, хотят этого или не хотят эти люди вокруг.

159. У них та же самая задача стоит, как и у тебя. Научатся её понимать — будут идти к Спасению, не научатся — остановятся, будут стоять, ломаться, биться, немножко скатываться вниз, пока не поймут эту истину и не начнут обратную дорогу, уже по Пути Восхождения».

160. «Учитель, неправильно будет у них спросить об их отношении?..»

161. «К тебе?» — спросил Учитель.

162. «Наверное, неправильно, да?»

163. «Ну, может быть, не к тебе, а к действиям», — сказал Учитель.

164. «К моим ошибкам, да?»

165. «Да … Как они видят, как они это чувствуют. Ты можешь это переспросить, потому что через такой вопрос есть возможность услышать и какие-то подсказки.

166. А интересоваться, как к тебе относятся, не надо, потому что, поинтересовавшись, как к тебе относятся, ты уже проявляешь заинтересованность в том, как же всё-таки к тебе относятся. А тебя это не должно волновать.

167. Ты должна помнить, что Бог тебя любит, ты для Него чадо любимое и для тебя будет сделано всё, что нужно во благо твоё. И эта Любовь выше, чем человеческая любовь.

168. Человеческая любовь важна, это краски дополнительные, но, если они становятся выше, чем Любовь Бога, ты тогда, естественно, начинаешь воспринимать больше человеческое, чем Божие. А тогда уже, как следствие, и боль будет восприниматься больше, чем Божие, и всё начинается так, как Я до этого говорил.

169. Тогда уже начинаешь полностью путаться в этой боли, пробуешь выйти из неё, а выходить хочется известным действием — это тем путём, каким пошёл, то есть сразу отдёрнуть себя назад, потому что это единственно знакомая дорога».

170. Мгновения ещё одной встречи этого дня …

171. «Я чувствую, что что-то сделала неправильно, и ощущаю в муже, что он как будто внутри меня осуждает за мою неопрятность, скажем так. Как я должна поступить?»

172. «Ты должна благожелательно относиться к осуждению тебя …»

173. «Я начинаю ждать, когда он подойдёт и скажет: «Вот, ты знаешь, то-то, то-то, то-то …»»

174. «Если благожелательно ты этого ждёшь — хорошо, а когда ты ждёшь зажимаясь, то есть негативное ожидание, ты боишься …»

175. «Да, я боюсь».

176. «Не надо бояться, нужно научиться благосклонно относиться к вероятности больших и частых осуждений именно тебя. Чрез это ты сможешь глубже себя видеть, а это тебя будет спасать».

177. «Но я могу подойти и спросить у человека о том, что я в нём вижу в отношении себя? Он говорит: «Не было во мне этого». Надо ли мне переспрашивать?»

178. «Если в чём-то сомневаешься, что-то ощущаешь негативное, не знаешь, так оно или не так, подойти уточнить можно, конечно. Чаще люди, не спросив, как раз и переживают о том, чего не было. Потом начинают выяснять, а там этого нет.

179. Но если негативное ощущение есть внутри, то тогда будь внимательна. Тогда, наоборот, можешь постараться идти туда, где тебя могут осуждать, ибо таким образом уже можно начать решать внутреннее. Тебя будут спасать, осуждая, а ты будешь на этом учиться.

180. Они неправильно делают, что осуждают, но они будут делать то, что умеют. И пока они так делают, этим надо уметь достойно пользоваться.

181. Потому что, когда эта ситуация уйдёт, люди другие будут, будут менее благоприятные условия для борьбы с эгоизмом».

182. «Я как раз готова идти, но я переживаю за то, что я приношу своими такими шагами болезненные ощущения ему».

183. «Ничего. Ты его спасаешь, ты приносишь ему то, что ему надо принести. Главное, чтобы ты не специально приносила боль. Всё остальное болезненное очень нужно ему, иначе он погибнет, если ты этого делать не будешь».

184. «Я, наверное, себя не совсем правильно веду как женщина; наверное, некая демонстрация или что-то, оно не внутри меня, это не моя суть, но иногда это проявляется. Его задевает, что я, предположим, рассказывая что-то, очень как бы вкрадчиво, женственно, привлекаю к себе внимание слушателей. И я чувствую, конечно, как внимание мужчин привлекается. Но у меня нет желания как бы привлечь …»

185. «Значит, правильно делаешь», — сказал Учитель.

186. «А он мне говорит о том, что это нечистота …»

187. «Сейчас уже он оценку делает неправильно, он осудил тебя, и на грубых эгоистических побуждениях осудил, которые в нём … Это грубо.

188. У тебя этого желания не было, то есть ты просто общаешься без желания привлечь, обворожить, так? Желания же нет у тебя?»

189. «На уровне сознания нет, это подсознательно …»

190. «Этого достаточно. Говори, пусть слушают, если им нравится слушать. Это всё уместно, и никто тебя не должен в этом обвинить».

191. «А если это заложено у меня на подсознании?..»

192. «Никто не должен тебя обвинить».

193. «Он говорит, что это стало моей сутью …»

194. «Нет. Чем бы это ни являлось, действие нормальное».

195. «Он мне говорит, что я должна быть внутренне скромней. Он говорит: «Ну как бы повела себя Матушка Мариам?»»

196. «Она рассказывала, и её все слушали так же», — сказал Учитель.

197. «Но, может быть, я не так рассказывала, может быть, действительно во мне вот эта нечистота?»

198. «Когда ты хочешь рассказывать, какие у тебя побуждения возникают?» — спросил Учитель.

199. «В частности, вчера один брат рассказывал, как он упал в грязь и весь был обляпан, но это было в тайге. И я сказала: «Ну, это что, в тайге свидетелей нет, а я в Москве, когда собиралась к отъезду, навьюченная шла, и меня обдало, я у всех на виду стояла такая …

200. И муж сказал: «В тебе такое как бы высокомерие: ну что там он, а вот я!.. Может быть, действительно, в этом проявилось … Я привлекла как бы к себе внимание и стала рассказывать. Вот здесь, может быть».

201. «Можно было в этом конкретном случае не добавлять слов «Ну, что там у тебя, а вот у меня». Вот эту вставку можно было не делать. Но рассказать эту ситуацию можно было, вполне уместно было бы рассказать».

202. «Желание женщины нравиться, внутреннее желание просто нравиться, чтобы не одному ему, а просто чтобы я нравилась, — это естественно? Или это желание порочное?»

203. «Оно естественное, но в нём есть мера допустимая, выше которой может уже дальше перегиб пойти нехороший. И тогда человек начинает, женщина в данном случае, очень переживать, когда её кто-то критикует, осуждает. Ведь она хотела нравиться, а ей говорят об ошибке, и тогда она начинает очень сильно переживать и уходить в слёзы. Вот это уже говорит о том, что мера перейдена.

204. Конечно, то, что женщина должна нравиться, — это естественно заложено законом. Она несёт в себе красоту. Но она не должна на этом концентрировать своё внимание, чтобы не привязывать это очень крепко к своим пожеланиям, иначе тогда желание начнёт рушиться, ломаться самой Природой, обстоятельствами вокруг.

205. Поэтому вот это осуждение очень важно, когда кто-то его ещё пока способен сделать. Здесь не надо смотреть, почему этот человек так делает. Посмотри на само осуждение, не привязывая это к человеку, к источнику, чтобы не был сам человек источником в твоих глазах, в твоём сознании.

206. Возьми осуждение как необходимость, через которую надо посмотреть, привязана ли ты к своим пожеланиям быть красивой, быть той, которой будут любоваться, которая должна нравиться всем. Потому что, если тебе больно становится от этих осуждений, значит, несколько сверх меры это пожелание, надо его убавить.

207. То есть это естество должно быть само по себе — нести красоту. Это так же, как делается произведение в ремесле ли, в искусствах: оно же, естественно, делается с внутренним пожеланием принести радость. Ну а как радость можно принести? Только в одном случае: когда это будет нравиться.

208. Нельзя принести радость, если сделаешь произведение, которое никому не нравится. Оно должно нравиться, то есть всё равно принести радость можно через то, что нравится.

209. Просто ещё пока период жизни, когда у людей то, что нравится, многое связано с эгоизмом, и сразу сложно угадать, что именно ему понравилось. Может, как раз твоя слабость ему и нравится, и ты, пользуясь тем, что это нравится, начинаешь это ещё больше культивировать внутри. Но тогда это будет опасно.

210. Поэтому сейчас непростая задача определить, что же всё-таки окружающим должно нравиться. Ну а соответственно, что же тебе показать им тогда, чтобы воспитать в них это правильное ощущение радости?

211. Вот это непростая задача, где, только лишь исполняя Истину, ты постепенно расцветёшь. И люди будут радоваться при соприкосновении с тобой.

212. Но надо вот это исполнение каждой истины, каждой буквы. Оно приведёт к нужному расцвету, и дополнительно заботиться о том, как же быть ещё прекрасней, уже нет нужды, иначе начнётся перегиб сверх меры …»
Powered by [ Universal Post Manager ] plugin. HTML saving format developed by gVectors Team www.gVectors.com