Повествование от Вадима

Часть 25

Глава 8

Двадцать первого мая Учитель с учениками выехали в Шушенское, в места Его детства. В последнее время Учителя будоражило желание оказаться в этих местах, «замкнуть чувственный круг», как Он сам выразился.

2. В Шушенском Учитель нашёл здание начальной школы, где в первой четверти первого класса учился мальчик по имени Серёжа. Во дворе плавал сильный запах сирени, которая цвела здесь заметно раньше, чем в Обители.

3. Он в задумчивости постоял у ещё сохранившейся вместе с окном Его класса деревянной части стены здания, большая часть которого уже была покрыта современным облицовочным материалом. Теперь это здание было пекарней.

4. Нашёл Учитель и улицу, и даже дом, где жили недолго с мамой. А недалеко – двухэтажное здание барачного типа, куда прибегал к приятелю семилетний Серёжа смотреть единственный в близлежащих дворах телевизор.

5. В семи километрах от Шушенского – уютный посёлок Ильичёво, ранее совхоз имени Ленина, куда Серёжа переехал с мамой из Шушенского и где учился со второй четверти первого класса по четвёртый класс включительно.

6. В начале центральной улицы залитого солнцем посёлка – дом культуры с большими колоннами, послевоенного, видимо, строительства. Дальше по этой же улице – две школы, в которых Сергей учился почти четыре года. А в конце той же, как запомнилось, улицы, с названием Московская, – шестнадцатиквартирный деревянный двухэтажный дом, где они жили вместе с мамой.

7. Внешний облик дома изменился мало. Ещё меньше изменился длинный деревянный «многоквартирный» сарай, что вызвало у Учителя восторженные эмоции, смешанные с удивлением.

8. «Ну надо же, сарай тот же, что в детстве, только покосившийся, и замки, похоже, те же», – улыбнулся Он, подойдя к одной из дверей сарая, на которой висел поржавевший от времени замок.

9. Недалеко от дома – высокий берег Енисея, остатки причала, к которому в Его детстве была пришвартована баржа с краном. Чуть ниже – небольшая заводь, куда Серёжа бегал купаться и рыбачить.

10. Путники спустились к заводи, расположились на берегу под жарким весенним солнцем и просидели в молчании несколько минут: Учитель попросил не разговаривать…

11. Когда от реки вернулись к дому, Он без труда нашёл окно комнаты, где жил вместе с мамой на первом этаже многосемейного дома. Друзья предложили Учителю сфотографироваться под историческим окном. Он согласился.

12. Вечер и ночь путники провели недалеко от Ильичёво в берёзовой роще, на поляне. Горел костёр, и текли мгновения разговора Учителя с учениками, разговора об изменениях в Его чувственном мире.

13. «Получается, что чем успешнее, быстрее мы постигаем Истину, тем скорее Ты можешь уйти. А нам ведь этого не хотелось бы. И оставить всё это сейчас не на кого…» – сказал или спросил один из учеников.

14. «Если смотреть с Моего угла зрения, то этот аспект, о котором ты пробуешь говорить, Меня на самом деле не интересует. Для Меня неважно, сколько пройдёт лет, веков. Для Меня не существует этого времени. Я знаю, что Моё всё равно будет, оно всё равно утвердится, это уже не сможет быть забыто и где-то утеряно.

15. И беспокоиться о том, что если человек быстро развивается, то Мне как будто бы нечего будет делать, неверно. Потому что, как бы ни развивался человек, Я всегда буду знать, что ему дальше делать.

16. Одно дело – Я упорно повторяю одно и то же многие годы. Другое дело – когда Я нахожу, что сказать нового, тогда Мне интересно. Мне интересно – значит, старое делается, оно усваивается. Тогда интересно говорить дальше.

17. Но вот момент торможения… может быть, это и естественно. Но в Моём видении, как будто бы можно уже сделать что Я сказал, но оно не сделано. Для Меня это простым видится, но для человека, по всей видимости, это непросто.

18. И Я попал в ситуацию, где Мне нечего делать. Я люблю активность, действие, а здесь Мне нечего делать. Я просто есть и всё, как некое знамя, стоящее где-то в углу, о котором все помнят, время от времени поглядывают на него, и всего лишь. Но действий нет.

19. В теле, в котором Я есть, Я испытываю потребность творить, а творить нечего. Выхожу, слушаю вопросы, а это далёкое прошлое, это совсем неинтересно…

20. Пока ещё есть какая-то привязанность к событиям, Я нахожу эту заинтересованность, хоть лёгкую, но нахожу, пробую отвечать…

21. Ощущаю всё, что происходит на Земле. Всю эту глупость, всю эту трагедию чувствую. Чем больше ухожу в свою нейтральность, в своё пространство, тем более диким ощущается для Меня этот мир. Но нейтральность сглаживает эмоциональную нагрузку…»

22. «Можем ли мы хоть чем-то помочь?» – этот вопрос был у всех семи учеников, находящихся в этот день рядом с Учителем.

23. «Чем больше вам удаётся исполнить из сказанного, тем больше вы сможете нейтрализовать среду, в которой нахожусь, которую ощущаю».

24. Первого июня путники в том же составе продолжили путешествие из Обители Рассвета в детство Учителя. Преодолев несколько сот километров сибирских дорог, они оказались в посёлке или городке под названием Ужур.

25. Учитель уверенно нашёл на окраине Ужура, в районе транспортного хозяйства, дом, где вместе с мамой они жили в семье её родной сестры Марии, мужа которой звали Анатолий. Виссарион прогулялся по небольшой улице, возвращаясь памятью на сорок лет назад…

26. Потом Он привёл своих друзей к школе, где мальчик Серёжа, ещё не подозревая о своей будущей Миссии, учился в шестом и седьмом классах. Тогда это была школа-интернат. В одном крыле здания жили мальчики (Сергей прожил там год), в другом – девочки.

27. В сегодняшнем дне во дворе школы цвели высокие дикие яблони. Белый лёгкий цвет наполнял ароматом школьный двор, залитый ярким солнцем.

28. А над одним из оконных проёмов второго этажа школы масляной краской, уставшей от времени, были отмечены годы обучения именно Его класса: 1967–1977. Никакие другие даты на стене школы не были отмечены.

29. На обратной дороге путники остановились на ужин и ночлег в хакасской степи у чистого озера. Они так ярко радовались жизни и так громко восторгались Бытием, устроив мощное восьмиголосое приблизительное пропевание одной ноты, что те немногие рыбаки, которые волею судьбы оказались в этот день на озере, быстро собрали удочки, вёсла и исчезли с территории восторга, не выдержав, видимо, потока радости, изливающегося от этих зрелых на вид мужчин…

30. Такая эмоциональная игра с мощным, долгим, разливающимся над озером пропеванием-оранием одной ноты была яркой чувственной краской, которая, как казалось, отвлекала Учителя от мира и привязывала ребячьей радостью к земному…

31. И конечно, после ужина были мгновения общения Учителя с учениками, в которых Он раскрывал себя, когда ученики задавали вопросы, волнующие их. Некоторые запомнившиеся фрагменты беседы.

32.  «…Моя душа – другая. Она менее уплотнена, чем это вообще возможно для благоприятной жизнедеятельности человека. Если Моя душа будет проявляться в открытом виде, то Я буду полностью неприспособлен к существованию на Земле. Ценности земной жизни Меня совершенно не будут интересовать.

33. Такая проблема может в некоторой малозначительной степени перекрываться только в условиях, когда Моё истинное «Я» будет значительно закрыто. Я как бы буду закрыт сам от себя…

34. Но когда при определённых условиях Моё «Я» станет открываться, то этот процесс уже нельзя будет остановить. Такой процесс в Моём случае необратим…

35. Такой неостановимый процесс раскрытия Моего истинного «Я» неизбежно делает с течением времени Мой чувственный мир всё более уязвимым.

36. И когда Я каждый раз совершенно естественно соприкасаюсь с разного рода информацией, касающейся вашей жизни, то совершенно элементарно могу испытать чувственный шок от того, что вами может восприниматься как что-то обыденное и незначительное.

37. С течением времени окружающий Меня мир неизбежно должен становиться для меня невыносимым. Поэтому Мне приходится как-то мудрить и интуитивно находить то, за что будет благоприятно зацепиться! Для Меня задача теперь – просто суметь быть! Умудриться побыть как можно дольше!

38. Конечно же, если Я вижу, что нужен вам, то для Меня это жизненно важно и является основным стимулом продолжать творить предопределённое Мне.

39. Но если Я вижу, что на ваши вопросы Мне приходится только лишь повторять уже много раз подсказанное и раскрытое для вас, что возможно только от того, что вы ещё не исполнили в должной мере ранее показанное вам, то Мне становится нечего делать. Я начинаю ощущать, что уже не нужен вам.

40. И это способно стать достаточно значительной проблемой для продолжения пребывания с вами…

41. В непростые для Меня периоды Я пробую дурачиться, увлекаться играми, как ребёнок, с частичным отключением от реальности посредством каких-либо чувственных переживаний от пребывания в какой-нибудь иллюзии.

42. Но стоит Мне посмотреть за окно, увидеть лес, горы, увидеть всё вокруг – и Я нередко могу тут же ощутить появление немалой чувственной тяжести и напряжения, потому что Я возвращаюсь к реальности. А для Меня реальность – это не лес и горы, это люди, и притом – во всём мире!..

43. В данный период времени Я нередко склонен ощущать чувственное тяготение смотреть на происходящие ныне события как на уже свершившиеся однажды в далёком прошлом, когда вспоминаются люди, с которыми однажды жил, но которых уже давно нет. Эмоциональная своеобразная игра, которая проявляется сама…

44. Мне приходится как бы играть с реальностью, интуитивно лавировать, пытаясь обыграть естественно возникающие на Моём пути психологические ловушки, что является для Меня весьма непростой, но жизненно важной задачей…

45. То, что рассказываю вам о себе, конечно же, непростая тема, но не надо это рассматривать как трагедию, ибо это неизбежный процесс Моего раскрытия.

46. Самое главное Мне в помощь – это когда верующие максимально возможно для себя начинают исполнять Слово Моё. Такое Я обязательно буду видеть и чувствовать. Я должен ощущать происходящие в вашей жизни праведные изменения. А звучащую информацию с вашими заверениями о любви и готовности делать всё в согласии с Истиной, как правило, воспринимаю почти как пустой звук…

47. Мне очень важно видеть реально делаемые вами праведные шаги, ибо только тогда Я начинаю чувствовать себя нужным вам. Иначе смысл Моего пребывания рядом с вами будет быстро утрачиваться!»

48.  Седьмого июня в воскресный день встреча с Учителем в долине слияния была недолгой.

49. «Учитель, я недавно благословлял ребёнка в одном доме. Это был дом мамы. Папа был на улице (они не живут вместе). Я вошёл, благословил ребёнка, и потом, когда я вышел, мужчина спросил, почему я его не позвал. Я немножко в недоумении был. Так надо ли было его позвать на это таинство или нет?»

50. «Но он знал или не знал, что ты пришёл?»

51. «Знал конечно. Он меня видел, я его поздравил и вошёл в дом».

52. «Он знал, для чего ты вошёл?»

53. «Да, прекрасно знал».

54. «Но если он сам не вошёл следом, тогда это его проблема. Специально его приглашать не надо было, если он знал, для чего ты пришёл и что это будет».

55. «Вопрос от хозсовета. Природная семья, опекаемая единой Семьёй из-за болезни мужчины, решила самостоятельно завести коня, планируя в его содержании опираться на возможности живущих в доме женщин и присылаемых им денег из мира от родственников. Нормально ли хозсовету предупредить такую семью, что в единой Семье не будет возможности помогать им в уходе за животным?»

56. «На случай того, что они будут рассчитывать на эту помощь?»

57. «Видно, что если мужчина (я сам много лет держал коня) не сможет этим заниматься, то женщинам одним очень проблематично будет это».

58. «Да упомянуть можете. А почему вопрос возник? В чём видится нарушение?»

59. «Нет, нарушений, конечно, нет».

60. «Тогда вопрос зачем? Вы у Меня спрашивайте, когда боитесь нарушить какой-то закон, который может негативно сказаться на вашем становлении, развитии.

61. Но то, что сейчас спрашиваете… нарушения никто никакого не видит. Зачем вы Меня спрашиваете это? Боитесь лишний раз какой-то шаг сделать? Нехорошо.

62. Смело делайте шаги. Спрашивайте только там, где явно боитесь нарушить, где что-то видите смущающим в качестве вероятного нарушения и вы бы не хотели сделать это нарушение. Тогда вы уточняете, задаёте вопрос».

63. «Меня лично смущает то, что я потом людям не смогу помочь. Обещать им не смогу эту помощь даже».

64. «Ты же не обещал эту помощь».

65. «Нет, не обещал».

66. «А тогда в чём дело? На тебя никакая обязанность не ложится и ответственность не ложится эта».

67. «Но люди всё-таки члены Семьи, значит, по умолчанию у меня есть какая-то ответственность, как у члена хозсовета, за то, чтобы им помогать».

68. «Вот поэтому ты и спрашиваешь человека, понимают ли они, что вы, в свою очередь, не сможете помочь».

69. «Мне нормально им сказать это?»

70. «Ну, ты переспросил, тут никакого нарушения нет. Ты же переспросил, и всё. Если они говорят, что, конечно, они и не рассчитывают на это, так нет на тебе ответственности.

71. Либо в этот момент они говорят: «Да, мы хотели бы, чтобы ты помог в случае необходимости». Но ты показываешь, что у тебя возможности нет. Всё, дальше эти люди самостоятельно принимают решение. Но это же простая беседа. Что же тебя смущает-то?»

72. «Просто люди, находясь в Семье, по умолчанию рассчитывают на помощь Семьи. Даже если они говорят…»

73. «Ты говоришь, что они опекаемы единой Семьёй. Что это означает? Что они полноценные члены Семьи или нет?»

74. «Они полноценные члены Семьи, но сами они со своим хозяйством, с мужской частью работы, не могут справляться. Значит, когда надо перекрыть крышу, сделать забор, погреб сделать, сарай, всё это делают мужчины Семьи. А тут они решили ещё и коня завести, при том что мы и так опекали их хозяйство как могли».

75. «Ну всё, вот вы и упомянули. Ну сделали они шаг, не справились – отдали коня или выпустили на свободу. Это уже их желание».

76. «А ответственности Семьи при этом нет?»

77. «Нет. Ты же поговорил, всё. Это не обязывает. Ничего вы не нарушаете, вы просто взвесили возможности.

78. Вы свободно можете беседовать так, предлагать, высказываться. И если обозначили, что возможности нет, то всякий, кто сделал самостоятельный шаг с повышенной ответственностью какой-то, за него лично отвечает. Не отвечает Семья в этом случае».

79. «По Семье я всё понял. А вот такой оттенок… Запретить можно? Сказать: “Ребята, давайте не будете заводить коней”».

80. «“Давайте не будем” – это не есть запрет, это предложение. А «запретить» – это очень категоричная какая-то форма запрета. «Мы запрещаем вам это делать», к примеру, «вы так не можете это сделать». Всё остальное зачем вуалировать под запрет?»

81. «Член единой Семьи решил завести жеребёнка обычной породы. А хозсовет планирует в ближайшие годы разведение коней полутяжёлых пород для обработки земли. Есть ли у хозсовета право поручить члену Семьи держать в своём хозяйстве коня, возраст и порода которого согласованы с единой Семьёй?»

82. «Это сами решайте, не надо у Меня спрашивать».

83. «Ещё вопрос. Личная лошадь члена Семьи гуляет свободно, не на привязи. А мы уже несколько раз проводили собрания по единому пониманию на эту тему. Как будет правильней поступить единой Семье: в очередной (сто первый) раз предупредить человека, что так неправильно, или всё-таки поставить вопрос о пребывании в Семье?»

84. «Все, кто нарушают законы Семьи, не находятся в Семье. Если закон у вас принят определённый, то его никто не может нарушать. Достаточно одного нарушения, чтобы уже поднять вопрос о вероятности пребывания человека в Семье. Потому что либо он не знал чего-то, либо делает сознательно. Если сознательно, тогда он после первого раза уже может быть удалён из Семьи».

85. «То есть такая строгость нормальна?»

86. «Какая строгость? Про какую строгость ты говоришь? Ты как бы подвёл итог. Под чем? Под вопросом о коне или вообще под законами?»

87. «Нет, строгость именно по данному правилу. Ведь есть нарушения законов духовных, например негативное высказывание о третьем лице, а тут просто лошадка гуляет…»

88. «Если конь свободно гуляет и может создать какую-то опасность играющим детям, то это серьёзное нарушение. Дальше вы смотрите по обстоятельствам, насколько что-то играет какую-то роль в данном конкретном случае».

89. «В данном случае, допустим, аргументов нет, что лошадка какая-то дикая и неуравновешенная. Но у нас есть понимание от Истины, что так неправильно, что животных надо держать так, как будто у нас заборов вообще нет. Значит, мы уже понимаем, что свободно отпускать животное неправильно».

90. «Вот вы и смотрите, что она может сделать, какой урон может нанести; одна ли это лошадка, или вы начинаете заводить много лошадок».