Повествование от Вадима

Часть 25

Глава 7

102. «Например, она с мужем идёт (а мы друзья), а у меня возникло любование тем, как она оделась красиво. Могу я ей в присутствии мужа сказать: «Какая ты сегодня красивая!»?»

103. «Так-то допустимо, да. Присутствие мужа более раскрывает в вас свободу действий».

104. «А вот ещё на эту же тему… Вот сейчас литургия была и рядом со мной случайно села девушка. У неё очень красивый голос был, она в хор попадала очень красиво. И мне так понравилось это её состояние и голос, что я после литургии не сдержал себя и выразил восхищение. Я сказал: «Какой у тебя красивый голос! Как ты красиво пела». Вот это относится к комплименту ненужному?»

105. «Недопустимому?»

106. «Ну да».

107. «Хорошо, что сказал. Молодец».

108. «Здравствуй, дорогой Учитель. Скажи, пожалуйста, а можно ли облагораживать мир сказкою? И правильно ли я почувствовала, что Ты в каждой женщине видишь сказочницу и волшебницу? Может быть, это и есть та духовная основа, от которой может оттолкнуться мужчина, чтобы стать творцом?»

109. «Ну, как-то ты очень сложно сейчас подходишь. Как Я вижу – это нечто особенное, и тут лучше Мне не пояснять. Что такое «как сказку воспринимать окружающий мир»? Это тоже образ, который несёт в восприятии каждого из вас разные какие-то нюансы, оттенки, понимания.

110. Слово «сказка» многое подразумевает. Ты сейчас говоришь про сказку, имея определённые образы в этом отношении. Но все сидящие здесь видят разное под этим образом.

111. И если Я использую в ответе именно это слово – «сказка» и дам какое-то пояснение, все воспримут разное. Так будет нельзя дать что-то ясное, что все будут понимать одинаково.

112. Чтобы Мне пояснить так, чтобы не вызвать у вас разногласий, нужно как можно более конкретно затрагивать тему. Как можно проще, без образов. Вот тогда мы можем рассмотреть какой-то шаг, который надо сделать правильно.

113. Фантазировать, воспринимать как-то красиво, насколько вы можете, конечно, это надо уметь делать. То, что делают дети, – это очень хорошо. Им это присуще с рождения, они пытаются так видеть мир, он для них нов, и у них нет сложного опыта в сознании. Поэтому им проще докрасить окружающую реальность во что-то, что они способны сами туда внести. У них больше радости, и они её туда вносят. Это нормально, это очень хорошо для природы, для них самих.

114. А потом человек начинает узнавать реальность. Узнавать, как много боли и лжи вокруг присутствует. Он перестаёт фантазировать, он начинает знать реальность и боится потом фантазировать. Он считает это несерьёзным. Но вот именно это и делает человека несерьёзным. Он начинает терять истинные качества творца, творческой личности. Это потеря.

115. Поэтому, конечно, надо не забывать о способности фантазировать, наделять окружающий мир какими-то цветами, которые вы способны туда внести. Но эти цвета должны быть связаны с радостью, именно с умением любоваться.

116. И тут уже неважно, кто из вас какие крылья увидит (у птицы или у деревьев), неважно. Это будет облагораживать пространство, это будет менять информационное поле Земли в нужном направлении. Это надо уметь делать, учиться делать.

117. Поэтому пробуй как можешь. Но сказать для всех – это будет сложно. Здесь мало творческих людей. Вы слишком отягощены практикой жизни, во многом вы тяжёлые реалисты, и говорить о фантазиях, о мечтах вам порой сложно.

118. Даже молодёжь уже перестаёт это делать, потому что они много информации поглощают в себя из телевизора, из интернета. Всего так много, но оно такое неприятное, и оно портит человека. Человек от этого будет гибнуть. А он и гибнет, и очень быстро. И этот процесс начинает ускоряться, и очень значительно.

119. Но вы научитесь тому, что надо. Нужно некоторое время.

120. Так что делай своё дело. Если в тебе ещё сохранилось что-то детское и ты можешь фантазировать и мечтательно как-то глянуть на окружающую реальность, наделив её чем-то, чего другие не видят, но видишь ты (и это идёт от чистого сердца твоего и радости), – это здорово! Это нужно природе, это нужно тебе, это нужно здесь всем сидящим».

121. «А не является ли это духовной основой женщины?»

122. «Не задавайся сложным вопросом. Зачем тебе такую громаду трогать такой фразой? Ты живи, радуйся, любуйся. Не задавайся такой огромной философской темой. Тем более для женщины это не очень интересно и нужно.

123. Быть красивой – это не значит рассуждать на такие сложные философские темы, это вовсе не требуется».

124. «Спасибо Тебе большое. Мы Тебя любим».

125. «Хорошо».

126. «Добрый день, Учитель. У меня вопросы по молитве. В последнее время у меня текст молитвы как бы автоматически идёт, мысль улетает куда-то. И я стал добавлять в конце молитвы, стараясь глубже её прочувствовать, слова: «Господи, освети светом Любви своей». Это нормально?»

127. «Нормально. Если после молитвы порой вы просто попытаетесь от сердца, от всей души как-то искренне выразить что-то от себя, как будто бы исполнить какое-то общение с Тем, Кого вы принимаете в своё сердце, о Ком вы думаете, понимая величие, реальность Явления, это нормально.

128. Это порою сделает ваше молитвенное состояние даже более интересным в этот момент. Нередко повторение одной и той же молитвы неожиданно может оказаться автоматическим, где ваши мысли улетают куда-то в другую сторону. Вы исполняете молитву, но думаете совсем о другом.

129. Это зависит от того, какими качествами вы обладаете, насколько вы отягощены заботами этой реальности, разной суетой, которую трудно обойти, которая видится как жизненная необходимость и порой настолько вас заполняет, что это сильно держит ваше сознание.

130. И если вы после такой молитвы, о которой вы отметите про себя, что получилось сделать её чисто автоматически, попробуете дальше просто поговорить от чистого сердца так, как вы могли бы пообщаться со своим любимым отцом дорогим (попробуйте – и вы почувствуете, что у вас будет происходить нечто очень важное, вы кое-что начнёте испытывать интересное), – в целом это сделает молитвенное состояние более ценным.

131. Но это не рекомендация, что надо стараться к этому подходить, выпуская из внимания саму молитву. Нет. Молитва должна приводить в нужное состояние. Но порою такой подход, о котором ты сейчас упомянул, вполне имеет место быть».

132. «В последнее время я, бывает, на колени встаю, просто поднимаю руки вверх, и у меня такой порыв… даже без слов. Я как бы раскрываюсь и улетаю…»

133. «Нормально, нормально».

134. «И если у меня сейчас возникает понимание, что молясь я получаю от Господа вот этот Свет Божественный и он растворяет весь негатив, могу я, допустим, попросить: «Господи, освети мой домик, освети мою жену, помоги ей выздороветь»?»

135. «Искреннее обращение прежде всего раскрывает человека в нужной мере. Чем вы искренней проявляете себя, тем в большей мере вы открываетесь пред окружающим каким-то таинством, которое не понимаете и видеть не можете. Важна искренность, важна чистота сердца.

136. Это очень важно для тебя, для каждого человека, который попробует искренне себя открыть. Это важно прежде всего для самого человека. Поэтому ты можешь выразить это.

137. В этом случае открываешься ты. Чем лучше ты открываешься, тем лучше ты внутренним миром контактируешь с окружающим полем. И начинаешь испытывать то, что как будто бы до этого не всегда мог испытать. Это могут яркие ощущения быть. Здесь важна искренность.

138. Божественное поле вокруг разлито в безмерном количестве, и оно перед каждым разлито. Но его можно взять только искренне. Чем больше искренности, тем более интересное ощущение будет. И наоборот, меньше искренности – так, какую бы молитву вы ни творили, ощущений нужных вы не получите. Потому что не произойдёт нужного контакта, то есть слияния вашего поля с окружающим полем не произойдёт.

139. Психика человека тормозит это соединение. Эгоизм человека мощно капсулирует естество человека, создавая границу. Её надо сломать, эту границу.

140. Учась постигать духовные ценности, вы начинаете несколько своеобразным образом растворять эту границу, эту капсулу и начинаете всё больше контактировать с окружающей реальностью, с её духом, её энергией, с полем. А это важно – учиться этот контакт устанавливать в себе».

141. «И если у меня этот порыв, то я как бы раскрываюсь перед этим полем, да?»

142. «Да, да. Он помогает просто лучше раскрываться».

143. «А если, допустим, я чувствую тяжесть… Бывает, при разговоре с кем-то появилась тяжесть. Я встал на колени, помолился так же в порыве искреннем, и у меня ушла тяжесть».

144. «Нормально».

145. «Это нормально?»

146. «Да».

147. «Бывает, заболело что-то. Я опять же на колени и опять…»

148. «Важно раскрытие, очень важно раскрытие. А почему человеку становится легко, когда он, каким-то горем преисполненный, начинает кому-то изливать душу словами? То есть нашёл хорошего слушателя и начинает изливаться ему, рассказывая, делясь своим горем, и становится легче.

149. Здесь очень важна вот эта искренность. Человек начинает открываться, и если ближний слушает, он, конечно же, частично берёт его тяжесть на себя.

150. Но здесь не только ближний участвует, здесь также участвует и то Божественное, что вы теперь уже начинаете понимать. Оно тоже присутствует рядом.

151. И вот, открываясь, искренне раскрываясь, вы раскрываетесь не только перед слушателем, а перед окружающим миром. И начинает срабатывать это таинство молитвенное».

152. «Учитель, с мужем разошлись полтора года назад. За это время у нас с ним сложились хорошие дружеские отношения. Он зовёт меня обратно. Но разошлись по той причине, что он увлекался алкоголем. И вот сейчас я стою на распутье: сделать ли мне шаг, имея двоих детей, и попробовать сохранить семью, или всё-таки оставить наши отношения на такой дружеской ноте?»

153. «Знаешь, если однажды произошло таинство и мужчина с женщиной составили семью, то, пока не будет составлена новая семья, они всё равно продолжают оставаться семьёй. Даже если они разошлись.

154. Поэтому, если ты вернёшься, у вас просто по-прежнему семья будет существовать. Но это тебе решать, потому что это тоже ответственность. И одно дело – когда он выражает к тебе свои чувства на расстоянии, а другое дело – когда сработает психологическая условность, что ты рядом, ты жена.

155. У него есть в подсознании свои пунктики, как мужчина должен воспринимать жену. А пунктики эти формировались веками. Формировались в каменном веке, формировались в средневековье и так далее. То есть этих пунктиков там полно, и они специфические. Они срабатывают порой так незаметно, когда человек даже не осознаёт, что происходит, но начинает следовать этим пунктикам, потому что они чувственно проявляются. И нередко он начинает проявляться совсем не так, как это было проявлено на расстоянии.

156. Поэтому это помни, смотри, решай. Но это тебе надо решить».

157. «А у меня страх перед тем, что будут говорить про то, что я вернулась».

158. «Ты можешь сразу оговорить то, что может быть своеобразным условием, что не приемлет твой внутренний мир. И если он готов не трогать эту тему так, как не принимает твой внутренний мир, ты можешь попробовать шагнуть.

159. Но он тоже должен сделать какое-то решение для себя: как он тебя принимает, насколько он готов идти навстречу тебе. Или он только принимает тебя на своих собственных условиях, не слушая тебя. Тогда он тебя не принимает, он пытается удовлетворить свой эгоизм. Ты опять придёшь к нему чужой, и он будет общаться с тобой как с чужой, как с собственностью».

160. «То есть можно сделать шаг, а можно не делать, да?»

161. «Это тебе решать. Потому что здесь обязать нельзя, здесь нельзя сказать, что это надо сделать или не надо.

162. Ты должна почувствовать, насколько его внутренний мир созрел, насколько твой мир внутренний созрел, чтобы продолжать решать какие-то проблемы, какие между вами неизбежно будут. А они будут, их надо решать.

163. То есть, делая шаг навстречу, нельзя ожидать, что всё теперь будет идеально, раз он обещал. Он сказал: «Всё будет хорошо. Я понял, я больше так не поступлю» – и всё потом пойдёт идеально. Это глупости, так не получится. Так человек не меняется.

164. Он может выразить своё желание, что он готов так не делать, но, чтобы научиться не делать что-то, для этого надо многое в себе преодолеть. И именно в тот момент, когда возникает соблазн, а не когда соблазна нет.

165. То есть сказать: «Я легко могу это сделать», когда этого соблазна нет, – очень просто. Но человек ломается, когда соблазн начинает непосредственно на него действовать. Тогда возникает скользкая ситуация, где кто-то умудряется устоять, а кто-то здорово падает.

166. Поэтому заранее пообещать что-то, что раньше делалось, а теперь не будет делаться, – это будут слова, это будет намерение. Оно тоже интересно. Значит, человек как-то для себя что-то определил и попробует сделать правильно.

167. Нужно пробовать этому доверять. Только так вы будете пробовать делать интересные шаги дальше – если кто-то поверит вашим намерениям. Очень сложно сделать хорошие шаги, если вам никто не верит. Очень сложно.

168. Поэтому, поверив, ты интересную создашь ситуацию. Но она ответственность повышает твою. Ведь есть дети, и они могут увидеть что-то, что им нежелательно бы видеть.

169. Поэтому, общаясь с человеком, почувствуй, посмотри. Можешь сделать какой-то частичный шаг. То есть эти варианты творчески нужно рассматривать. Тебе не обязательно сразу с головой во что-то кинуться. Ну, сделай частично, сделай какими-то периодами, ограниченными временем.

170. То есть подойди творчески и посмотри, как действительно в реальности при всё большем контакте проявляется естество человека. Действительно ли он начинает стараться делать правильно всё, либо, стоит тебе сделать какой-то шаг в ближайший период времени, всё по-старому начинает проявляться».

171. «Учитель, проектирую храм для деревни Тюхтята, где я получил поддержку тюхтятского священника. Но ответственный по строительству в хозсовете сказал: «Да кто ж его будет строить?» То есть я поддержку с его стороны не получил. Правильно ли, что я не хочу прислушаться к его позиции и хочу завершить свой вариант с надеждой, что он, может быть, когда-нибудь реализуется, если сам вижу, что не так сложно его построить?»

172. «Иными словами, ты хочешь спросить, можно ли проектировать храм продолжать, который когда-нибудь, может быть, и будет построен?»

173. «Верю, что когда-нибудь он будет простроен».

174. «Но ты это спрашиваешь? Можно ли архитектору просто проектировать храм, который, может быть, где-нибудь будет построен, а может, и не будет построен? Ты как будто это спрашиваешь».

175. «Ну, к оценке того человека как-то не хочется пока прислушиваться. Я больше готов прислушаться к поддержке священника деревни Тюхтята с надеждой, что, может быть, это потом получит и общественную поддержку».

176. «Если мы говорим о реальном строительстве, значит, надо учитывать не просто желание, а грамотно учитывать существующие возможности. Деревня вся может сказать: «Да конечно, проектируй, да побольше, да поинтересней», а никто строить не в состоянии.

177. Ты можешь рисовать годами этот храм, они будут оценивать, отбрасывать что-то: «А давай тут вот это нарисуем, а давай вот это добавим…» Вы можете годами этим заниматься, но если реальных возможностей у них строить нет, это не будет строиться.

178. То есть тебе не просто надо слова чьи-то слушать, а оценить вообще реальные возможности: есть ли смысл уделять время тому, что не будет реализовываться».

179. «Хорошо. Спасибо».

180. «Всё. Пока достаточно. Давно вы свободно не спрашивали. Ну и встреча интересней, надеюсь, получилась. Только приготовите вопросы – Мне хоть сразу уходи. Ладно. Счастья вам. До встречи».

181. На таинстве слияния 27 мая была и шаманка из Тувы по имени Ховалыгмаа. Она приехала в Обитель Рассвета для знакомства с жизнью общины и для того, чтобы увидеть Учителя. Известную в Туве шаманку сопровождал Аяс, её земляк, буддист-тувинец, уже живущий в одной из деревень общины.

182. Ховалыгмаа побывала и на литургии, и на таинстве слияния с Учителем, но к микрофону, чтобы задать вопрос, не подошла, хотя имела желание, а как впоследствии оказалось, и необходимость встречи с Учителем…

183. Когда шаманка и Аяс уже выходили из Обители Рассвета в дальнюю обратную дорогу, они встретили, как бы случайно, Вадима. Познакомились, разговорились о жизни.

184. Ховалыгмаа рассказала, что накануне ей было видение. Спустились к ней семь Небесных наставников или волхвов, двое из которых поставили перед ней определённую задачу, не исполнить которую, как человек, обременённый ответственностью видеть невидимое и проводить обряды шаманизма, она не могла.

185. Наставники сообщили ей и показали образами, что Виссарион в данный период времени сильно оторван от жизни на Земле, то есть минимально привязан к своему пребыванию на планете, привязанности почти разорваны (находится как будто бы в каком-то коконе), вокруг Него чужой мир, Он не держится за земное.

186. Ламы сказали, что небесные и земные силы могли бы помочь Учителю Виссариону, точнее Его бионосителю, быть на Земле, если Виссарион изъявит желание, даст согласие пребывать и дальше на Земле, чтобы Его Учение могло стабилизироваться и распространиться шире на Планете.

187. Но без Его согласия, без Его решения они не могут вмешиваться и помогать Ему. Поэтому Ховалыгмаа должна встретиться с Учителем, взять Его за правую руку в районе запястья, посмотреть в глаза наивным, чистым взглядом ребёнка и попросить Его проявить желание к жизни на Земле, согласиться продолжить своё пребывание во плоти.

188. Шаманка сказала Вадиму, что она не может быть спокойна, пока не выполнит возложенное… И передала она эту ответственность Вадиму, положив свои ладони на его ладони. И попросила Вадима не прикасаться ни к кому из людей до встречи с Учителем Виссарионом.

189. Всё сказанное Вадим сделал: ни к кому не прикасался до встречи с Ним, взял Учителя за правую руку и задал необходимый вопрос с детской улыбкой в глазах. Учитель в ответ улыбнулся и сказал: «Ну хорошо!».

190. А Вадиму вспомнился фрагмент из впечатлений шаманки об Учителе: когда она слушала Учителя в долине слияния, то видела над Ним столб чистого белого Света, уходящий бесконечно ввысь. «Прямая связь с Богом. Бог, арендовавший тело человеческое», – сказала она.